Нематериальные блага и их защита, моральный вред

Хиты: 878 | Рейтинг:

Нематериальные блага и их защита, моральный вред

Содержание

Введение..................................................................... 2

Глава 1. История возникновения института морального вреда........................................................ 4

Глава 2. Нематериальные блага и их защита...... 9

2.1. Понятие, содержание нематериальных благ и их виды.............................................................................. 9

2.2. Зашита нематериальных благ..................... 13

Глава 3. Компенсация морального вреда........... 33

3.1. Право на компенсацию морального вреда 33

3. 2. Оценка компенсации морального вреда.. 38

3. 3. Компенсация морального вреда и исковая давность..................................................................... 44

Заключение.............................................................. 51

Список использованной литературы.................. 53

Введение

Широк круг социальных связей современного человека, велика зависи­мость его от государства и общества, и, следовательно, высока вероят­ность претерпевания человеком многочисленных обид на своем жизнен­ном пути. Незаконное увольнение работника; врачебная ошибка, привед­шая к потере трудоспособности; сгоревшая в результате неисправности телевизора недавно купленная квартира; туристическая поездка, не состо­явшаяся в результате незаконного отказа чиновника в выдаче загранич­ного паспорта; инвалидность, наступившая вследствие неудачно прове­денной операции, — эти и многие другие правонарушения могут быть со­вершены в отношении каждого человека, причиняя потерпевшему нема­лое горе.

Общепризнанно, что для правового государства характерно наличие высокого уровня обеспеченности прав и свобод человека, верховенство общечеловеческих ценностей. Ряд основополагающих международно-правовых актов, касающихся прав и свобод человека (Всеобщая деклара­ция прав человека; Международный пакт о гражданских и политических правах и др.), предусматривают необходимость обеспечения основных прав человека. Конституция Российской Федерации ставит право на жизнь, здоровье, честь и достоинство в ранг естественных и неотчуждае­мых прав личности, что предполагает их эффективную охрану и защиту. Важнейшей задачей правового государства должно быть обеспечение наи­более справедливого, быстрого и эффективного восстановления нарушен­ного права и (или) возмещение причиненного вреда. Статья 1 Конститу­ции РФ провозгласила Российскую Федерацию правовым государством. Это означает, что она должна отвечать вышеуказанным критериям.

Одним из видов вреда, который может быть причинен человеку, являет­ся так называемый «моральный вред», т. е. страдания, вызванные различны­ми неправомерными действиями. Этот вред подлежит компенсации.

В связи с отсутствием единого подхода в судебной практике к опреде­лению размера компенсации морального вреда может возникнуть сомне­ние, является ли судебное решение в этой части актом применения пра­ва, т. е. применения равной меры к разным людям, существует ли такая мера объективно, возможна ли проверка законности и обоснованности судебного решения в отношении правильности определения размера ком­пенсации морального вреда. Существующая судебная практика по делам, связанным с компенсацией морального вреда (не объединенная общей методологией), зачастую отличается крайней несправедливостью выноси­мых решений в части размера компенсации, поскольку отсутствие едино­го, хотя бы и ориентировочного базиса, приводит к присуждению совер­шенно различных сумм компенсации при сходных обстоятельствах дела. В такой ситуации необходимо концептуальное решение этой проблемы. В настоящей работе впервые предлагается концепция, основанная на на­учном подходе к вопросу компенсации морального вреда вообще и опре­делению денежного размера компенсации в частности и направленная на установление единого методологического подхода в правоприменительной практике.

В отличие от России, где компенсация морального вреда воспринима­ется большинством населения как некая правовая «диковинка», государ­ства, именующие себя правовыми, имеют, как правило, весьма продол­жительный опыт применения института компенсации морального вреда. Еще в семнадцатом веке выдающийся голландский юрист Гуго Гроций указывал: «...возможно также причинение ущерба чести и доброму име­ни, например, нанесением ударов, оскорблением, злословием, прокляти­ем. насмешкой и другими подобными способами. При них не в меньшей мере, чем при воровстве и иных преступлениях, необходимо отличать по­рочность поступка от его последствий... Ибо первой соответствует нака­зание, последней — возмещение причиненного вреда путем признания своей вины. оказания знаков уважения, удостоверения невиновности и тому подобными способами. Хотя и деньги при желании потерпевшего тоже могут оплатить такого рода причиненный достоинству ущерб, пото­му что деньги есть общее мерило полезности вещей...»[1]

Глава 1. История возникновения института морального вреда.

Вопрос о моральном вреде длительное время являлся предметом научных правоведческих дискуссии, причем основной центр тяжести этих дискус­сий сводился к вопросу о допустимости возмещения морального вреда в денежной форме. Гражданское законодательство дореволюционной Рос­сии не содержало общих норм, предусматривающих компенсацию мо­рального вреда как способ защиты гражданских прав. Компенсация за личное оскорбление могла быть взыскана в порядке гражданского судо­производства только в случае, если она косвенно отражалась на имуще­ственных интересах потерпевшего. Однако в уголовном и уголовно-процессуальном законодательстве присутствовал относительный аналог этого правового института. Как отмечал Г.Ф. Шершеневич[2], «закон наш, рядом с уголовным удовлетворением, предоставляет на выбор потерпевшему право требовать в свою пользу платежа пени, являющейся остатком того времени, когда все наказания носили частный характер. Размер пени или так называемого бесчестия, смотря по состоянию или званию обиженного и по особым отношениям обидчика к обиженному, не превышает 50 рублей». Дореволюционные российские правоведы, как правило, рассматри­вали в основном личную обиду как возможное основание для предъявле­ния требования о выплате денежной компенсации, понимая под обидой действие, наносящее ущерб чести и достоинству человека, и в большин­стве своем считали предъявление такого требования недопустимым. Доминирующий подход к этому вопросу выразил Г.Ф. Шершеневич: «Личное оскорбление не допускает никакой имущественной оценки, по­тому что оно причиняет нравственный, а не имущественный вред, если только оно не отражается косвенно на материальных интересах, например, на кредите оскорбленного (т. X, ч. 1, ст. 670)... Разве какой-нибудь порядочный человек позволит себе воспользоваться ст. 670 для того, чтобы ценой собственного достоинства получить мнимое возмещение? Разве закон этот не стоит препятствием на пути укрепления в каждом чел веке уважения к личности, поддерживая в малосостоятельных лицах, н пример лакеях при ресторанах, надежду «сорвать» некоторую сумму денег за поступки богатого купчика, которые должны были бы возбудить оскорбление нравственных чувств и заставить испытать именно нравственный вред. Отмена такого закона была бы крупным шагом вперед»[3]. Иными словами, для российского дворянина было естественно отреагировать на оскорбление вызовом «к барьеру», чем требованием о выплате денежно компенсации, — подобный образ действий и мышления был допусти лишь для «подлого» сословия.

После революции 1917 г. менталитет российского общества существенно изменился, но это не изменило отрицательное (хотя уже и по другим основаниям) отношение к возмещению в денежной форме морального вреда. Преобладающим оказалось мнение о недопустимости такого возмещения, в связи с чем гражданское законодательство после революционной России до 1990 г. не предусматривало понятия морального вреда и, соответственно, возможности его возмещения. Судебная практика в соответствии с господствующей доктриной, отличалась стабильностью в этом вопросе, и суды неизменно отказывали в изредка предъявлявшихся исках о возмещении морального вреда в денежной форме. Сущность ука­занной теории заключалось в том, что этот институт рассматривался как классово чуждый социалистическому правосознанию[4]. Она была основа­на, в частности, на демагогических утверждениях о невозможности изме­рять достоинство советского человека в презренном металле. Хотя подоб­ных предложений никто и не делал, так как идея сторонников возмеще­ния морального вреда состояла не в измерении личных неимущественных прав в деньгах, а в обязании правонарушителя к совершению действий имущественного характера, направленных на сглаживание остроты пере­живаний, вызванных правонарушением. Деньги рассматривались не в ка­честве эквивалента перенесенных страданий, а в качестве источника по­ложительных эмоций, способных полностью или частично погасить не­гативные последствия, причиненные психике человека в результате нару­шения его прав.

Позитивные взгляды на эту проблему, высказываемые в основном до начала 30-х гг. (например, Брауде И., Утевский Б.), не имели воздействия на законодательство и судебную практику.  После «полной победы социализма в СССР» эти дискуссии как-то сами собой прекратились, и в дальнейшем, в результате соответствующей пропаганды, в общественном правосознании представление о недопустимости оценки и возмещения морального вреда в имущественной форме укоренились настолько, что появлявшиеся в печати сообщения о случаях присуждения имущественной компенсации за причинение физических или нравственных страданий (преподносившиеся в достаточно гротескном виде) воспринимались скорее как курьезы, чуждые социалистическому правовому регулированию. Это, однако, не препятствовало использованию норм зарубежного законодательства о компенсации морального вреда при предъявлении советскими гражданами исков к иностранным юридическим и физическим лицам.

В 60-х годах дискуссии по этому поводу возобновились. Принцип компенсации морального вреда поддерживался в работах Беликовой А. М., Братуся С. Н., Малейна Н. С., Тархова В. А., Шаминовой М. Я. и др. Признавалась необходимость введения института имущественного возмещения неимущественного вреда, поскольку область гражданско-правового регулирования охватывает не только имущественные, но и личные неимущественные отношения. Высказываемые в поддержку принципа возмещения морального вреда взгляды в немалой степени обосновывались тем, что правовые системы ряда государств (являвшихся в то время социалистическими) предусматривали возмещение морального вреда. Это Польская Народная Республика, Гражданский кодекс который предусматривает возможность взыскания денежной суммы за нанесенную обиду; Чехословацкая Советская Социалистическая Республика; Венгерская Народная Республика; Германская Демократическая Республика. Как отмечал Малейн Н. С., «и практика СССР шла по пути предъявления исков о возмещении морального вреда в тех случаях, когда, например, повреждения здоровья или причинение смерти советского гражданина произошли в капиталистической стране и дело рассматривалось судом по законодательству места совершения правонарушения («принцип» приносился в жертву во имя получения валюты).

Более серьезный аргумент против возмещения морального вреда в имущественной форме заключался в невозможности или, по крайней мере, трудности ее объективной оценки. Такая позиция отражала представления о свойственном гражданскому праву принципе эквивалентного возмещения, не учитывая, что он не применим при причинении вреда личным неимущественным правам и другим нематериальным благам. Проведение сравнительного анализа соответствия правонарушений и мер ответственности, предусмотренных различными отраслями законодательства, позволяло сделать вывод об относительности и несостоятельности аргументации противников возмещения морального вреда.

Однако до начала 90-х гг. понятие «моральный вред» не было легализовано в российском гражданском праве, что исключало возможность применения гражданско-правовых средств защиты нарушенных прав путем компенсации морального вреда. Лишь 12 июня 1990 года право на возмещение морального вреда было установлено в Законе СССР о печати и других средствах массовой информации[5], хотя содержание понятия морального вреда в нем не было раскрыто. Ст. 39 этого закона предусматривала, что моральный вред, причиненный гражданину в результате распространения средствами массовой информации не соответствующих действительности сведений, порочащих честь и достоинство гражданина либо причинивших ему иной неимущественный ущерб, возмещается по решению суда СМИ, а также виновными должностными лицами и гражданами. А также было предусмотрено возмещение морального вреда в денежной форме, в размере, определяемым судом.

И только с принятием Основ гражданского законодательства Союза ССР и республик 31 мая 1991 года[6] (далее – Основы) моральный вред был определен как «физические или нравственные страдания». Российские законодатели внесли нормы о возмещении морального вреда в отдельные законодательные акты. Это: Закон об охране окружающей природной среды от 19 декабря 1991 года[7], Закон о средствах массовой информации от 27 декабря 1991 года[8], Закона о защите прав потребителей от 7 февраля 1992 года[9], Правила возмещения работодателями вреда, причиненного работникам увечьем, профессиональным заболеванием либо иным повреждение здоровья, связанным с исполнением ими трудовых обязанностей, утвержденные Постановлением ВС РФ от 24 декабря 1992 года[10], Закон о статусе военнослужащих 22 января 1993 года[11]. Такая законодательная ситуация порождала сомнения в возможности применения системы генерального делик­та в отношении возмещения морального вреда. А столь значительное ко­личество нормативных актов, регулирующих отношения по возмещению морального вреда совместно с регулированием различных видов обще­ственных отношений, порождает дополнительные сложности в правоприменительной практике, усугублявшиеся разными сроками принятия и введения в действие указанных нормативных актов.

Введенные в действие в 1995—1996 гг. части первая и вторая Граждан­ского кодекса РФ (далее — ГК РФ)[12] имеют несколько иной (по сравне­нию с предшествующими нормативными актами) подход к институту воз­мещения морального вреда, что неизбежно приведет к росту противоре­чий по данному вопросу в судебной практике. Проблема усложняется так­же довольно громоздкой системой конкуренции нормативных актов (Ос­новы, новая Общая часть ГК РФ, прежняя редакция ГК, российские за­коны и подзаконные акты, законодательство СССР). Пленум Верховно­го Суда Российской Федерации в Постановлении от 20 декабря 1994 г.[13] -рассмотрел некоторые вопросы применения законодательства о компен­сации морального вреда. Оно содействовало установлению единообразия в вопросе конкуренции нормативных актов при применении законода­тельства о возмещении морального вреда, однако существенных указаний о размере компенсации морального вреда не содержало. Более того, в нем содержится явно неверное, как представляется, суждение о возможности компенсации морального вреда юридическому лицу. Мнение о неверно­сти этого суждения разделяют также ряд других авторов[14].

Приходится с сожалением отметить что с принятием нового Граждан­ского кодекса РФ сделан шаг назад по сравнению с Основами в развитии этого важного института российского законодательства, так как ГК РФ существенно сузил область применения института компенсации мораль­ного вреда по сравнению с Основами; вряд ли можно считать это поло­жительным признаком в процессе становления правового государства.

Глава 2. Нематериальные блага и их защита.

2.1. Понятие, содержание нематериальных благ и их виды.

Понятие нематериального блага. К особой группе объектов граж­данских прав относятся нематериальные блага, под которыми понима­ются не имеющие экономического содержания и не отделимые от личности их носителя блага и свободы, признанные действующим законодательством.

Характерная особенность этой группы объектов состоит в том, что они:

  1. не имеют материального (имущественного) содержания;
    1. неотделимы от личности их носителя;
  2. обладают свойством индиви­дуализации самой личности обладателя этих прав.

Действующий ГК содержит правила, направленные на урегулирование и защиту немате­риальных благ, которые существенно отличаются от прежнего граж­данского законодательства. Если раньше ГК 1964 г. предусматривал правила о защите отдельных личных прав граждан и юридических лиц, то ныне действующий ГК закрепляет общие для всех личных неиму­щественных прав и других нематериальных благ правила об их регла­ментации и защите.

Регулирование и защита нематериальных благ осуществляются комплексно, нормами ряда отраслей права. Применительно к граждан­скому праву в теории права существовали, по крайней мере, две точки зрения на предмет гражданско-правового регулирования отношений по поводу нематериальных благ и связанных с ними личных неимуще­ственных прав. По мнению одной группы ученых, гражданское право не регулирует, а лишь охраняет личные неимущественные права. По мнению других, правовое регулирование и охрана прав не могут противопоставляться, поскольку регулирование означает охрану прав, а их охрана осуществляется путем регулирования соответствующих отношений[15]. В последние годы едва ли не господствующим стало мнение, что гражданское право как регулирует, так и охраняет нема­териальные блага[16].

Действующий ГК подразделил личные неимущественные отноше­ния на регулируемые и защищаемые гражданским законодательством. Личные неимущественные отношения, связанные с имущественными, основанные на равенстве, автономии воли и имущественной самосто­ятельности их участников, регулируются гражданским законодательст­вом (п. 1 ст. 2 ГК). Неотчуждаемые права и свободы человека и другие нематериальные блага защищаются гражданским законодательством, если иное не вытекает из существа этих нематериальных благ (п. 2 ст. 2 ГК).

Нематериальные блага рассматриваются ГК в качестве разновид­ности объектов, по поводу которых могут возникать гражданские правоотношения. Статья 150 ГК дает примерный перечень юридически защищаемых нематериальных благ, подразделяя их на: а) нематериаль­ные блага, приобретаемые гражданами и юридическими лицами в силу рождения (создания), и б) нематериальные блага, приобретаемые ими в силу закона.

То, что ГК дает лишь примерный перечень нематериальных благ, пользующихся гражданско-правовой защитой, позволяет сделать вывод о том, что объектом гражданско-правовых отношений может оказаться и не названное ГК нематериальное благо. К нематериальным благам, приобретаемым гражданами и юридическими лицами в силу рождения (создания), ГК относит жизнь, здоровье, достоинство личности, личную неприкосновенность, честь и доброе имя, деловую репутацию, непри­косновенность частной жизни, личную и семейную тайну; к нематери­альным благам, приобретаемым в силу закона, — право свободного передвижения, право выбора места пребывания и жительства, право на имя, иные личные неимущественные права. В качестве иных немате­риальных прав, принадлежащих личности, могут оказаться право на жизнь, здоровье и пр. Личное неимущественное право, корреспонди­рующее нематериальному благу или существующее отдельно от него, оказывается как бы благом второго уровня, а сами жизнь, здоровье и пр. являются благом, предшествующим праву на него, и в этом смысле могут признаваться благом первого уровня.

По действующему ГК понятие «нематериальное благо» является собирательным, относящимся как к самому «благу», так и к личным неимущественным правам.

Наличием двух слагаемых нематериального блага можно объяснить то, что в ст. 2 ГК, посвященной характеристике отношений, регулиру­емых гражданским законодательством, говорится, с одной стороны, о регулировании (п. 1 ст. 2 ГК), а с другой, о защите нематериальных благ (п. 2 ст. 2 ГК), что не следует понимать как противопоставление регулирования защите и, наоборот, ибо осуществление защиты предполагает регулирование, а регулирование может оказаться бессмыслен­ным при отсутствии защиты.

Блага первого уровня неразрывно связаны с самим существованием личности. Они объективно существуют независимо от их правовой регламентации и только в случаях посягательств на эти блага нуждаются в правовой защите. Право граждан на защиту чести, достоинства деловой репутации является их конституционным правом, а деловая репутация юридических лиц — одним из условий их успешной деятель­ности (см.: постановление Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 18 августа 1992 г. № 11 «0 некоторых вопросах, возник­ших при рассмотрении судами дел о защите чести и достоинства граждан и организаций» в редакции постановления Пленума Верховного Суда РФ от 21 декабря 1993 г. № 11 и от 25 апреля 1995 г. № б)[17].

Блага второго уровня-, право на имя, право авторства и иные личные неиму­щественные права — являются субъективными правами, образующими содержание конкретного правоотношения и тем самым уже урегулиро­ванными нормами права. В случае же нарушения этих прав они пользуются правовой защитой.


[1] Гуго Гроций. О праве войны и мира: Репринт. с изд. 1956 г. – М.: Ладомир, 1994.

[2] Шершеневич Г.Ф. Учебник русского гражданского права (по изданию 1907 г.). М.: Фирма «СПАРК», 1995. С.402

[3] Там же.

[4] Зейц А. Возмещение морального вреда по советскому праву // Еженедельник советской юстиции, 1927, №47. С. 1465.

[5] Ведомости Съезда народных депутатов СССР и Верховного Совета СССР. 1990. №26. Ст. 492.

[6] Ведомости Съезда народных депутатов СССР и Верховного Совета СССР. 1991. №26. Ст. 733.

[7] Ведомости Съезда народных депутатов СССР и Верховного Совета СССР. 1992. №10. Ст. 457.

[8] Ведомости Съезда народных депутатов СССР и Верховного Совета СССР. 1992. №7. Ст. 300.

[9] Ведомости Съезда народных депутатов СССР и Верховного Совета СССР. 1992. №15. Ст. 766.

[10] Российская газета. 1992. 26 января.

[11] Ведомости Съезда народных депутатов СССР и Верховного Совета СССР. 1993. №6. Ст. 188.

[12] Собрание законодательства РФ. 1995. №32. Ст. 3301.

[13] Российская газета. 1995. 8 февр.

[14] Комментарий к гражданскому кодексу РФ, части первой/Отв. ред. О. Н. Садиков. М.: Юринформцентр, 1995. С. 33.

[15] Развитие советского гражданского права на современном этапе. М., 1986. С. 205

[16] Красавчикова Л. О. Личная жизнь граждан под охраной закона. М., 1983. С.32-33; Ярошенко К.Б. Жизнь и здоровье людей под охраной закона. Гражданско-правовая защита личных неимущественных прав граждан. М., 1990. С. 9-20; Егоров Н. Д. Гражданско-правовое регулирование общественных отношений. Л., 1988. С. 117; Красавчикова Л. О. Понятие и система личных неимущественных прав граждан (физических лиц) в гражданском праве РФ. Екатеринбург. 1994. С. 12 и др.

[17] Бюллетень Верховного суда РФ. 1992. №11; 1994. №3; 1995. №7.

 


Цена: 20.00 RUB
Количество:
Отзыв