ОСУЩЕСТВЛЕНИЕ СУБЪЕКТИВНЫХ ГРАЖДАНСКИХ ПРАВ С ИСПОЛЬЗОВАНИЕМ СЕТИ ИНТЕРНЕТ 2006

Хиты: 236 | Рейтинг:

ОСУЩЕСТВЛЕНИЕ СУБЪЕКТИВНЫХ ГРАЖДАНСКИХ ПРАВ С ИСПОЛЬЗОВАНИЕМ СЕТИ ИНТЕРНЕТ 2006

Глава 1. СУБЪЕКТИВНОЕ ПРАВО, ОСУЩЕСТВЛЕНИЕ СУБЪЕКТИВНОГО ПРАВА, МЕХАНИЗМ ОСУЩЕСТВЛЕНИЯ СУБЪЕКТИВНОГО ПРАВА

1.1. Понятие субъективного гражданского права и субъективной обязанности

1.1.1. Субъективное право

Изучение вопроса осуществления субъективных прав требует обращения к проблеме субъективного права как такового: если осуществление права - это реализация на практике возможностей, составляющих содержание права, то необходимо понять, каким образом и какие именно возможности закрепляются в субъективном праве.

Строго говоря, субъективное право не всегда понимается как некая "дозволенная законом мера возможного поведения управомоченного лица" <1>. Известное разногласие во взглядах на сущность субъективного права наблюдалось еще в дореволюционной цивилистике. В советский же период по вопросу о субъективном гражданском праве началась целая доктринальная дискуссия.

--------------------------------

<1> Грибанов В.П. Ответственность за нарушение гражданских прав и обязанностей // Осуществление и защита гражданских прав. М., 2001. С. 292.

Д.И. Мейер, один из виднейших цивилистов периода добуржуазных реформ XIX в., указывал на то, что право - это "мера свободы лица, живущего в обществе, мера, в пределах которой лицо может совершать известные действия", однако тут же добавлял, что управомоченное лицо "должно воздерживаться от совершения известных действий" <2>, выходящих за содержание права. Субъективное право, таким образом, предстает не только как возможность определенного поведения, но и как дозволенность его: за пределами субъективного права действия лица уже неправомерны.

--------------------------------

<2> Мейер Д.И. Русское гражданское право. Пг., 1914. С. 117.

Понимание субъективного права именно как дозволенного, позитивно определенного поведения характерно для многих юристов, занимавшихся исследованием данной проблемы. Так, Ю.С. Гамбаров писал, что "правом в субъективном смысле будет все то, что нам дается или, точнее, обеспечивается действием того или другого объективного права" <3>. Г.Ф. Шершеневич указывал, что "под именем права в смысле субъективном понимается обусловленная объективным правом возможность осуществления ИНТЕРЕСА" <4>.

--------------------------------

<3> Гамбаров Ю.С. Гражданское право: Общая часть. М., 2003. С. 380.

<4> Шершеневич Г.Ф. Учебник русского гражданского права. М., 1911. С. 58. Здесь и далее выделение текста в цитатах сделано автором.

Связывание субъективного права и субъективного интереса также характерно для цивилистики конца XIX - начала XX в. Предпосылкой к этому является теория интереса, предложенная Рудольфом фон Иерингом в своих работах, прежде всего в книге "Дух римского права". Понятие права определяется у Иеринга как "юридическая обеспеченность пользования", "юридически защищенные интересы" <5>. Придерживавшийся этой теории в отечественной гражданско-правовой науке Ю.С. Гамбаров, не развивая определения обеспеченного правом интереса, указал на его общественную значимость. Как писал Г.Ф. Шершеневич, "признаваемое государством участие в жизненных благах и защищаемые им интересы определяются не индивидуальной оценкой и не субъективными масштабами. Основанием оценки служат общие и объективные масштабы, усваиваемые себе данным объективным правопорядком. Правами делаются лишь те интересы, которые объективное право считает достойными защиты, и оно отказывает в ней, например, бесцельным сервитутам или безнравственным договорам" <6>.

--------------------------------

<5> Цит. по: Ihering R. Geist des romischen Rechts. 1866. Vol. III. § 61. P. 326 - 328.

<6> Гамбаров Ю.С. Указ. соч. С. 384.

Ю.С. Гамбаров и Г.Ф. Шершеневич противопоставляют теорию интереса так называемой волевой теории субъективного права. Эта теория опирается на понимание субъективного права как обеспеченной объективным правом области проявления воли. Кроме того, были и гибридные теории субъективного права, сочетавшие в себе интерес и волю в качестве основных начал его сущности (Регельсбергер, Еллинек).

Однако все указанные теории субъективного права с началом первой мировой войны уступили место теории, отрицающей субъективное право как таковое. Ее родоначальником стал французский ученый Леон Дюги, а противниками - практически все последующие цивилисты. Теория Дюги показала всю важность понимания субъективного права как меры свободы лица. И.А. Покровский писал в связи с этим: "никакой правопорядок не может обойтись без признания человека как такового юридической личностью, субъектом прав и без предоставления ему прав в субъективном смысле как необходимого средства для осуществления индивидуальной самодеятельности и самоутверждения" <7>. На важность признания субъективного права для законодателя впоследствии указал и М.М. Агарков <8>.

--------------------------------

<7> Покровский И.А. Основные проблемы гражданского права. М., 2001. С. 112.

<8> См.: Агарков М.М. Ценность частного права // Избранные труды по гражданскому праву: В 2 т. М., 2002. Т. 1. С. 46.

С Дюги - и это явно видно по критике его идей И.А. Покровским и М.М. Агарковым - проблема субъективного права вновь выходит за рамки собственно правовой науки. Как и в эпоху Великой Французской революции, субъективное право начало цениться как таковое в качестве меры свободы личности. Отрицание субъективных прав ведет к отрицанию частного права в целом.

Говоря о М.М. Агаркове, нельзя не упомянуть его понимание субъективного права и соотношения субъективного права со смежными институтами, прежде всего правоспособностью. В другой своей работе М.М. Агарков писал: "Помимо значения слова "право" в смысле особого правила или системы правил поведения (объективное право), мы пользуемся этим словом еще для обозначения двух по существу различных понятий" <9>. В качестве примера первого варианта использования слова "право" М.М. Агарков приводил право собственности и тому подобные права, которым корреспондировали обязанности совершить какое-либо действие или воздержаться от его совершения. Второе понимание права в субъективном смысле, по М.М. Агаркову, это тот случай, когда субъективному праву не противостоит никакая обязанность. "Термин "право" обозначает здесь, что закон, во-первых, не запрещает такое действие, во-вторых, что он придает ему юридическое значение - связывает с его совершением либо возникновение, изменение, либо прекращение гражданских правоотношений" <10>. Таким образом, согласно М.М. Агаркову есть собственно право в субъективном смысле, а есть особые проявления правоспособности, которые также называются субъективным правом - право совершать договоры, завещание, но они отличаются от субъективного права тем, что с ними не связана никакая обязанность. Из этого следует динамическое понимание правоспособности, предложенное М.М. Агарковым. Правоспособность при этом мыслится не как статический институт с раз и навсегда определенным содержанием, наоборот, она зависит от тех конкретных субъективных прав, носителем которых является то или иное лицо. Обладание правами в этом случае - предпосылка для возможностей реализации правоспособности.

--------------------------------

<9> Агарков М.М. Обязательство по советскому гражданскому праву // Избранные труды по гражданскому праву. С. 283.

<10> Агарков М.М. Обязательство по советскому гражданскому праву // Избранные труды по гражданскому праву. С. 284.

Против динамического понимания правоспособности и за традиционное понимание субъективного права выступили С.Н. Братусь и О.С. Иоффе. Предложенная С.Н. Братусем в работе "Субъекты гражданского права" концепция статической правоспособности строго разграничивала собственно правоспособность как общую способность быть субъектом всех тех прав, которые признаны и допущены объективным правом, субъективное право, содержанием которого выступали отдельные проявления правоспособности, и, наконец, осуществление права, т.е. реализацию на практике тех возможностей, которые составляют содержание права. Само же субъективное право С.Н. Братусь понимает как единство двух ипостасей: возможности совершения положительных действий управомоченным лицом и возможности управомоченного требовать известного поведения от обязанных лиц. Особенностью теории субъективного права С.Н. Братуся при этом является восприятие права не как возможности определенного поведения, а как его дозволенности: понимание права через возможность мало что дает по сравнению с дозволенностью: "То, что дозволено, то и юридически обеспечено" <11>.

--------------------------------

<11> Братусь С.Н. Субъекты гражданского права. Л., 1950. С. 11.

Последнее утверждение вызвало справедливую критику О.С. Иоффе, который указывал, что субъективное гражданское право - это не только дозволенность, но еще и возможность, возникающая вследствие обеспечения определенного поведения обязанных лиц. "Для государства предоставление прав различным субъектам имеет значение постольку, поскольку оно обеспечивает такое поведение обязанных лиц, которое установлено государством в качестве обязательного при данных обстоятельствах. Для управомоченного наделение его субъективными правами значимо постольку, поскольку оно обеспечивает такое поведение других лиц, которое необходимо управомоченному при данных условиях" <12>. Субъективное право, таким образом, выступает как средство регулирования поведения граждан, которое осуществляется нормами объективного права.

--------------------------------

<12> Иоффе О.С. Гражданское правоотношение // Избранные труды по гражданскому праву. М., 2003. С. 216.

Однако О.С. Иоффе, как и С.Н. Братусь, придерживался статического понимания правоспособности и критиковал теорию динамической правоспособности М.М. Агаркова. В частности, применительно к так называемым секундарным правомочиям, одному из главных аргументов М.М. Агаркова в пользу динамического понимания правоспособности, О.С. Иоффе писал следующее: "Так называемое секундарное право - это лишь элемент юридического состава, необходимый для понимания субъективного права. Но процесс формирования субъективного права есть лишь этот процесс и ничего более" <13>. О.С. Иоффе, таким образом, предлагал разграничивать три понятия: правоспособности (равной для всех и признаваемой государством возможности иметь права), субъективного гражданского права, юридических фактов, являющихся основанием для возникновения, изменения, прекращения прав и обязанностей.

--------------------------------

<13> Там же. С. 218.

Компромиссное решение проблемы "возможности - дозволенности" в понятии субъективного права предложил В.П. Грибанов, сконструировав то определение субъективного гражданского права, которое приводилось в начале настоящего раздела. Возможность и дозволенность в этом случае предстают диалектической парой, биномом. Особенно хорошо эта связь прослеживается в наиболее известной работе В.П. Грибанова "Пределы осуществления и защиты гражданских прав", где возможность осуществления определенных действий анализировалась именно как их дозволенность, т.е. с позиций границ субъективного права. "Всякое субъективное право, будучи мерой возможного поведения управомоченного лица, имеет определенные границы как по своему содержанию, так и по характеру его осуществления. <...> Границы есть неотъемлемое свойство всякого субъективного права, ибо при отсутствии таких границ право превращается в свою противоположность - в произвол и тем самым вообще перестает быть правом" <14>. Таким образом, позиция В.П. Грибанова позволяет сделать утверждение, обратное тезису С.Н. Братуся: "То, что юридически возможно, то и дозволено".

--------------------------------

<14> Грибанов В.П. Пределы осуществления и защиты гражданских прав // Указ. соч. С. 22.

В дальнейшем (в 80-е - 90-е гг. XX в.) дискуссии о понятии субъективного права и составе входящих в него правомочий потеряли свою остроту, а затрагивающие эту тему исследователи предпочитали придерживаться компромиссных позиций. Проблема понятия субъективного гражданского права потеряла свою актуальность, уступив место вопросам специального характера (о видах субъективных прав, способах их осуществления) <15>.

--------------------------------

<15> Например, в последнее время были опубликованы следующие работы по частным вопросам, касающимся субъективных прав: Лапач В.А. Субъективные гражданские права и основания их возникновения // Журнал российского права. 2001. N 10; Леонова Л.Ю. Преимущественное право покупки: История возникновения, осуществление и защита // Законодательство. 2002. N 9; Чеговадзе Л.А. Субъективное гражданское право как элемент правоотношения // Законодательство. 2003. N 6; Ломидзе О.Г. Правонаделение в гражданском законодательстве России. СПб., 2003; Каткова Е.А. К вопросу о понятии субъективного гражданского права // Теоретические аспекты современного российского права: Сб. науч. тр. Иркутск, 2003.

1.1.2. Субъективная обязанность

Субъективному праву соответствует субъективная обязанность, определяемая, в противовес субъективному праву, как мера должного поведения. В системе "субъективное право - осуществление субъективного права - субъективная обязанность - исполнение обязанности" все элементы взаимосвязаны. О связи прав и обязанностей уже говорилось выше, далее этот вопрос также будет затрагиваться. Наиболее четко эта взаимосвязь была сформулирована в Программе КПСС: "Нет прав без обязанностей, нет обязанностей без прав" <16>. Такая связь права и обязанности обусловлена взаимозависимостью процессов и механизмов осуществления прав и исполнения обязанностей: субъективное право осуществимо постольку, поскольку ему соответствуют обязанности других лиц.

--------------------------------

<16> Программа КПСС. М., 1986. С. 46.

В.С. Ем указывает: "В категории обязанности заключена определенная мера социально необходимого поведения". Обязанность, таким образом, устанавливается в интересах других лиц и общества в целом. Этим, впрочем, значение обязанности не исчерпывается: "Обязанность, осознанная и реализуемая личностью, есть элемент ее социальной свободы" <17>. Последний тезис, сформулированный В.С. Емом, показывает диалектическую связь категорий обязанности и права: и то и другое есть мера свободы лица в обществе (сравним определения права Д.И. Мейера и обязанности В.С. Ема). Если субъективное право описывает эту свободу "изнутри", с точки зрения самой личности, то субъективная обязанность - "извне", с точки зрения других лиц, общества, государства.

--------------------------------

<17> Ем В.С. Категория обязанности в советском гражданском праве (Вопросы теории): Автореф. дис. ... канд. юрид. наук. М., 1981. С. 6.

Связь прав и обязанностей в функциональном аспекте проанализировал О.С. Иоффе: "Правовая обязанность - юридическое средство обеспечения такого поведения ее носителя, в котором нуждается управомоченный и которое государство признает обязательным. В двусторонних гражданско-правовых отношениях выполнение обязанности одним из субъектов, обусловливающее удовлетворение интересов его контрагента, непосредственно связано с осуществлением права обязанного лица, приводящим к удовлетворению его собственных интересов" <18>.

--------------------------------

<18> Иоффе О.С. Указ. соч. С. 218.

Понятие обязанности в гражданско-правовой науке в целом менее раскрыто, чем понятие субъективного права. Д.И. Мейер писал на этот счет: "Понятию о праве соответствует понятие об обязанности. Не лучше ли отдать преимущество этому понятию и к нему сводить юридические отношения?" - задает вопрос автор. Для этого есть основания: во-первых, право осуществляется по усмотрению лица, а обязанность строго определена. Следовательно, опираясь на обязанность в праве, мы получим большую его определенность. Во-вторых, "люди, сознавая свои права, нередко забывают обязанности: это может заставить в юридическом быту держаться понятия об обязанности". В-третьих, в социальных нормах - морали и нравственности - нет понятия о праве, есть только моральные и нравственные обязанности; то же должно быть и в праве как отражении моральных норм. Отвечая на это, Д.И. Мейер пишет: "Понятие об обязанности подчиняется понятию о праве. В действительности представляется прежде всего человек с его свободною деятельностью, а известный круг, предоставленный этой свободной деятельности, и есть право лица. Понятие об обязанности в юридическом быту заключается лишь в признании права со стороны других лиц, и самая общая обязанность состоит в уважении права. И поэтому нет даже надобности определять науку права наукой о правах и обязанностях: это выражение как бы указывает на два самостоятельных понятия, тогда как понятие об обязанности уже заключается в понятии о праве и лишено самостоятельности" <19>.

--------------------------------

<19> Мейер Д.И. Указ. соч. С. 9.

В последующих работах - Г.Ф. Шершеневича, К.П. Победоносцева, П.П. Цитовича, И.А. Покровского - проблема обязанности не получила широкого освещения. И только у М.М. Агаркова, который изучал обязанность с позиций обязательства, а впоследствии в работах С.Н. Братуся, О.С. Иоффе, В.С. Ема, Р.О. Халфиной проблеме обязанности уделяется необходимое внимание, не меньшее, чем проблеме субъективного гражданского права. Во многом это вызвано реакцией на теорию Дюги, который, как уже отмечалось выше, предлагал построить новый правопорядок, заменив субъективное право субъективной обязанностью - социальной функцией. Однако основой для более пристального внимания к субъективной обязанности явилось понимание всеми перечисленными авторами связанности и сбалансированности понятий права и обязанности, возможного и должного; впрочем, это было характерно для многих ученых-правоведов советского периода.

Например, следует особо отметить подход Р.О. Халфиной, разработанный и обоснованный ею в работе "Общее учение о правоотношении". Опираясь на понятие структуры правоотношения, понимание права и обязанности как равнозначных элементов правоотношения, Р.О. Халфина анализировала связи между конкретными правами и обязанностями и подходила к структурам, основанным на взаимосвязанных правах и обязанностях, как к правовым моделям, опосредующим фактически складывающиеся общественные отношения <20>.

--------------------------------

<20> См.: Халфина Р.О. Общее учение о правоотношении. М., 1974. С. 256.

Исследование указанными учеными проблемы субъективных прав и обязанностей, их соотношения и взаимосвязи послужило основой для изучения другого понятия - процесса осуществления прав и исполнения обязанностей. Как осуществление права и исполнение обязанности основаны на содержании соответствующего права и обязанности, так и изучение проблемы осуществления прав базируется на учении о субъективных правах и обязанностях.

1.2. Осуществление субъективного права

1.2.1. Осуществление субъективных гражданских прав и исполнение обязанностей в системе смежных категорий

Наиболее подробным образом соотношение понятий субъективного права и осуществления права исследовано В.П. Грибановым. Все последующие исследования по данному вопросу либо опираются на упомянутую ранее работу В.П. Грибанова "Пределы осуществления и защиты гражданских прав", либо представляют собой ее критику.

Сопоставляя содержание субъективного права и его осуществление, В.П. Грибанов, во-первых, определил общие признаки двух указанных понятий, во-вторых, выявил их различия. Общим для содержания и осуществления субъективного права В.П. Грибанов полагал то, что "как само содержание субъективного права, так и его осуществление предполагают определенное поведение управомоченного лица". Однако поведение (действия или бездействие) в содержании субъективного права и в его осуществлении разное. Во-первых, это соотношение между возможностью и действительностью. Во-вторых, это еще и соотношение объективного и субъективного. Впрочем, значительный элемент субъективности присутствует в содержании права (когда право устанавливается, например, договором), а элемент объективности - в его осуществлении, когда процесс осуществления субъективного права регламентирован нормами объективного права. Просто в содержании права превалируют объективные начала, а в осуществлении права - начала субъективные. В-третьих, соотношение содержания и осуществления субъективного права - это соотношение общего и конкретного, общего типа поведения и конкретных форм его проявления. Наконец, "содержание права как бы характеризует право в его статическом состоянии, тогда как осуществление права есть динамический процесс его развития, его реализации" <21>.

--------------------------------

<21> Грибанов В.П. Пределы осуществления и защиты гражданских прав. С. 44 - 46.

Хотя у В.П. Грибанова это прямо не выражено, субъективное право в соответствии с его позицией есть некая модель поведения. Функциональные характеристики этой модели обусловливаются содержанием субъективного права. Осуществление же права есть тот практический, реальный процесс, который и был описан в идеальной правовой модели.

Параллельно с В.П. Грибановым проблемами осуществления субъективных прав занимался ряд саратовских авторов, в частности С.Т. Максименко и В.А. Тархов. К достоинствам работ данных авторов можно отнести то, что они рассматривали институт осуществления субъективных гражданских прав не в связи с проблемами пределов осуществления прав и злоупотребления правом, как это обычно происходит. Стоит согласиться с С.Т. Максименко, что обращение к вопросам осуществления субъективных прав лишь постольку, поскольку это необходимо для решения одной из интереснейших проблем цивилистики - проблемы злоупотребления правом, обедняет данный институт и оставляет неисследованным большой круг вопросов, имеющих серьезное научное и практическое значение <22>. К числу таких вопросов следует отнести вопросы соотношения процессов осуществления гражданского права и исполнения гражданских обязанностей, проблему места субъективного права и субъективной обязанности в механизме правового регулирования, наконец, вопрос о соотношении осуществления субъективного права и реализации норм объективного права. Вопросы о соотношении института осуществления права с такими институтами, как право- и дееспособность, гражданско-правовая ответственность, законные интересы и правовой статус субъекта гражданского права, также интересны, однако они выходят далеко за рамки настоящего исследования.

--------------------------------

<22> См.: Максименко С.Т. Осуществление гражданских прав и исполнение обязанностей: Автореф. дис. ... канд. юрид. наук. Саратов, 1970. С. 4.

Что касается первого вопроса - о соотношении процессов осуществления прав и исполнения обязанностей, - то здесь в качестве исходной теоретической посылки С.Т. Максименко использует следующий интересный тезис: "Тесная связь прав с обязанностями порождена не спецификой правового регулирования, а объективной природой общественных связей лиц, так как любые отношения людей в обществе по сути своей представляют взаимосвязанные возможности одних и необходимость поступков других" <23>. К сожалению, в дальнейшем автор данный тезис не раскрывает, указывая лишь на то, что "осуществление субъективных гражданских прав и исполнение обязанностей представляют собой действия носителей прав и обязанностей, реализующие ту возможность или необходимость, которые составляют содержание права или обязанности".

--------------------------------

<23> Максименко С.Т. Осуществление гражданских прав и исполнение обязанностей: Автореф. дис. ... канд. юрид. наук. Саратов, 1970. С. 4.

Предложенное С.Т. Максименко и В.А. Тарховым рассмотрение соотношения процессов осуществления субъективных прав и исполнения обязанностей с позиций так называемых условий осуществления субъективных прав вызывает определенный интерес, однако, как представляется, не позволяет в полной мере раскрыть глубину проблемы.

Категория "внешних и внутренних условий осуществления гражданских прав" впервые была разработана В.А. Тарховым в работе "Осуществление гражданских прав" <24>. К внешним условиям осуществления прав автор относил законодательно установленные гарантии, к внутренним - те факторы, которые зависят от самого управомоченного субъекта. Впоследствии С.Т. Максименко предложил более правильный термин "объективные и субъективные условия реализации права". Под объективными условиями он понимал "гарантии как факторы, которые формируются всем объективным ходом развития общества, заложены в экономическом и политическом строе общества либо предоставляются этим обществом (государством) для обеспечения прав и обязанностей". Однако и здесь следует согласиться с автором: существуют еще и "субъективные факторы (условия), зависящие от управомоченных лиц, без которых осуществление вообще невозможно или же является ненадлежащим или даже противоправным деянием" <25>. К числу субъективных факторов С.Т. Максименко относит волеизъявление носителей права и обязанности, а также добросовестность реализации прав и обязанностей.

--------------------------------

<24> Тархов В.А. Осуществление гражданских прав // Развитие прав граждан СССР и усиление их охраны на современном этапе коммунистического строительства. Саратов, 1962.

<25> Максименко С.Т. Осуществление гражданских прав и исполнение обязанностей: Автореф. дис. ... канд. юрид. наук. С. 9.

Более подробно взаимосвязь осуществления субъективных прав и исполнения обязанностей исследована С.Т. Максименко при рассмотрении вопроса о соотношении этих процессов с процессом правового регулирования. При этом автор использует категорию так называемых общих прав: "Норма права уже содержит в себе какие-то права и обязанности, но их нельзя оценивать как субъективные, так как они еще не связаны с каким-то конкретным лицом. Наиболее удачным для них представляется термин "общие права и обязанности". Термин "общие" отражает содержание этих прав в том отношении, что они не перенесены на конкретного субъекта, а в равной мере принадлежат всем лицам, подпадающим под действие данной системы права" <26>.

--------------------------------

<26> Там же. С. 6.

Впрочем, к конструкции общих прав применимы те же контрдоводы, что и к так называемым секундарным правомочиям. Процесс формирования субъективного права есть именно этот процесс, и ничего более. Субъективное право, не принадлежащее конкретному субъекту, не является субъективным правом. То или иное поведение может находиться лишь на одной из трех ступеней конкретизации: либо как элемент правоспособности, либо как субъективное право, либо как его осуществление. Иных ступеней конкретизации быть не может. Если возможность определенного поведения как элемент правоспособности - это еще не субъективное право, то реализованное в порядке осуществления права поведение - это уже не субъективное право.

"Анализ соотношения объективного и субъективного права и конструкция общих прав позволяют понять, каким образом абстрактная возможность правообладания, установленная нормой права как принадлежащая всем (общие права и обязанности), превращается с помощью общей возможности каждого (правоспособность) в конкретное правообладание отдельного лица (субъективное право), осуществляющееся в его поведении. <...> Общий процесс реализации права необходимо анализировать с точки зрения превращения общей, абстрактной возможности (нормы объективного права, общие права и обязанности) в конкретную возможность (субъективное право) и затем в реальную действительность (осуществление прав и исполнение обязанностей)" <27>.

--------------------------------

<27> Там же. С. 8.

Более предметно соотношение реализации норм объективного права и осуществления субъективных прав С.Т. Максименко рассмотрел в своей статье "Осуществление гражданских прав и исполнение обязанностей": "Осуществление субъективных гражданских прав и исполнение обязанностей следует рассматривать как стадию в реализации права". Далее автор делает принципиально важный вывод о соотношении двух указанных процессов: "Объективное право реализуется в конечном счете через осуществление субъективного права" <28>. Обычно исследователями отмечалась обратная зависимость, в частности о вторичном характере субъективного права по отношению к объективному писали Г.Ф. Шершеневич, Ю.С. Гамбаров, Н.С. Малеин, С.С. Алексеев <29>. Н.И. Мирошникова решала проблему соотношения субъективного и объективного права еще более жестко: "Субъективное право возникает на основе объективного, полностью ему соответствует. <...> Различие данных терминов подчеркивает первичность одного и вторичность (зависимость) другого, т.е. приоритет объективного права, которое существует самостоятельно, независимо от того, возникли ли на его основе субъективные права или обязанности у отдельных лиц" <30>. Между тем говорить о первичности одного из двух понятий и вторичности другого методологически неправильно: как реализация объективного права возможна только путем осуществления субъективных прав и исполнения обязанностей, так и осуществление прав возможно лишь в условиях действия, реализации норм объективного права. Л.С. Явич отмечал в связи с этим: "Осуществление права - способ его бытия, существования, действия, выполнения им главной социальной функции. Право - ничто, если его положения не находят своей реализации в деятельности людей и организаций, в общественных отношениях" <31>.

--------------------------------

<28> Максименко С.Т. Осуществление гражданских прав и исполнение обязанностей // Ученые записки: Сб. работ аспирантов и соискателей. Вып. 19. Ч. 2. Саратов: Изд-во Саратовского юр. ин-та, 1970. С. 95 - 96.

<29> См., например: Алексеев С.С. Общая теория права: В 2 т. М., 1982. Т. 1. С. 93; Орзих М.Ф. Формы реализации норм социалистического права // Советское государство и право. 1968. N 2. С. 102; Малеин Н.С. Гражданский закон и права личности в СССР. М., 1981. С. 97; Шершеневич Г.Ф. Указ. соч. С. 27; Гамбаров Ю.С. Указ. соч. С. 382.

<30> Мирошникова Н.И. Механизм осуществления субъективных гражданских прав: Уч. пособие. Ярославль, 1989. С. 6.

<31> Явич Л.С. Общая теория права. Л., 1976. С. 201.

Некоторые авторы, в частности С.Т. Максименко и С.С. Алексеев, справедливо указывают, что взаимосвязь процессов осуществления субъективного права (исполнения обязанности) и реализации норм объективного права может проявляться по-разному в зависимости от характера моделей, заложенных в правовых нормах. Если обобщить тезисы указанных авторов, можно сделать следующие выводы. Процесс правового регулирования (механизм реализации норм объективного права) и процесс осуществления субъективных прав (исполнения обязанностей) являются едиными для всей правовой системы. Однако это не означает, что данные процессы протекают одинаково во всех областях общественной жизни, во всех сферах правового регулирования. В частности, в сфере частноправовых отношений реализация права (как объективного, так и субъективного) отличается принципиально важной чертой - диспозитивностью, т.е. свободой.

Диспозитивность регулирования в частноправовой сфере, диспозитивность процесса осуществления прав и исполнения обязанностей обусловливает особый порядок реализации права. Если пользоваться терминологией С.Т. Максименко и В.А. Тархова, существуют особые условия реализации права в частной сфере, отличные от тех, что обеспечивают реализацию права в сфере публичной: наличие гарантий реального осуществления прав, установление принципа добросовестности осуществления прав и исполнения обязанностей, возможность реального и свободного осуществления прав, т.е. возможность выбора способа осуществления права по своему усмотрению. Об этом писал В.Ф. Яковлев: "Диспозитивность как способность выбора в определенных пределах вариантов поведения имеет определенные основания в регулируемых гражданским правом отношениях. <...> Само по себе наделение правом включает в себя в качестве непременного компонента также и наделение диспозитивностью, ибо право как мера возможного поведения включает в себя в отличие от обязанности альтернативу: управомоченное лицо может и не воспользоваться этой мерой поведения по своему усмотрению" <32>.

--------------------------------

<32> Яковлев В.Ф. Гражданско-правовой метод регулирования имущественных отношений. Свердловск, 1972. С. 85 - 86.

Понимание диспозитивного характера правового регулирования и диспозитивности осуществления прав в частной сфере важно и при рассмотрении действия права с точки зрения процесса моделирования. Диспозитивность означает наличие альтернатив в возможных действиях субъектов. Все эти альтернативы так или иначе должны быть охвачены соответствующей правовой моделью. Однако включение в правовую модель большого количества альтернативных способов осуществления субъективного права требует аналогичного закрепления альтернативных способов поведения обязанных лиц. То есть диспозитивность в осуществлении прав должна обеспечиваться обязанностями.

Многие авторы, в том числе упомянутый выше В.Ф. Яковлев, считают одной из особенностей частноправовых отношений наличие абсолютных прав. Такие права характеризуются наибольшим количеством вариантов их осуществления. Им противостоят обязанности неограниченного круга лиц воздерживаться от нарушения данного абсолютного права. Эти обязанности характеризуются сравнительно узким содержанием (только обязанность воздерживаться от действий), но распространяются на всех субъектов права. Установление подобного рода обязанностей создает условия для свободного осуществления прав правообладателем, т.е. диспозитивность реализации права.

...


Цена: 20.00 RUB
Количество:
Отзыв